Мэри Пикфорд
Мэри Пикфорд
ИмяМэри Пикфорд (Mary Pickford)
Дата рождения8 апреля, 1892
Место рожденияТоронто, Онтарио, Канада
Дата смерти29 мая, 1979 (87 лет)
Место смертиСанта Моника, Калифорния, США
рейтинг       голосов

Мэри Пикфорд. Женщина-Миф.

страница 37

Беласко, тем не менее, вежливо выслушал ее, потом поднялся на сцену и взял руки Мэри в свои.

«Итак, ты хочешь стать актрисой, девочка?»

Пикфорд нашла замечательный ответ.

«Нет, сэр, — сказала она. — Я уже была актрисой. Теперь я хочу стать хорошей актрисой».

Беласко кивнул с серьезным видом, затем прово­дил ее за кулисы и представил Френсис Старр. Мэри поразило великолепие ее театральной уборной, кото­рая скорее походила на будуар. «Френсис, — сказал Беласко, — перед вами юная леди, которая хочет стать такой же хорошей актрисой, как вы». — «Да, мисс Старр, — ответила Мэри, умевшая льстить. — Видите, насколько я тщеславна». Старр с достоинством отве­тила: «Это будет не трудно, моя дорогая малышка. Под умелым руководством маэстро вы далеко пойдете». И Мэри, всегда ставившая перед собой лишь высокие цели, поняла, что больше всего на свете ей хочется такую же театральную уборную, как у Френсис Старр.

Фразы из письма, которое она в тот же вечер на­писала Шарлотте в Торонто, напоминали кричащие заголовки из газет: «Мэри Пикфорд, ранее известная как Глэдис Смит, подписала контракт с Дэвидом Бе­ласко и этой осенью будет играть на Бродвее». В самом деле, 3 декабря 1907 года, в конце осеннего сезона на Бродвее, Пикфорд сыграла роль Бетти Уоррен в пьесе Уильяма Де Милля «Уоррены из Вирджинии».

«Уоррены» шли одновременно с избранными пье­сами Шоу и Шекспира, которые, правда, привезли на Бродвей иностранцы — Эллен Терри и русская Алла Назимова. Помимо них, на Бродвее показывали ти­пично американские, тривиально поставленные спек­такли, такие, как «Хойден» с Эдзи Дженис (по-на­стоящему ее звали Мод Наджент, и, по мнению критиков, она являлась «лучом света на нью-йоркской сцене») и вечную «Хижину дяди Тома».

Главная героиня мелодрамы «Уоррены из Вирд­жинии», Агата Уоррен, влюбляется в лейтенанта-се­верянина (янки), но Гражданская война доводит лю­бовников до отчаяния. Мэри играла двенадцатилетнюю сестру героини. У нее было совсем немного текста и пара трогательных сцен. В одной из них присутствовал отец Агаты, «измученный, страдающий от болезней генерал армии Конфедерации. Он сидит вместе со сво­ей женой, а у их ног расположились Мэри и Ричард Стори». В другой сцене маленькие дети сочиняют пись­мо брату на войну. «Дорогой брат Артур, — произносит Мэри, — мы взяли перо, чтобы рассказать тебе, что отца привезли домой. Теперь он отдыхает и говорит, что здоров, хотя выглядит ужасно больным. Он расска­зывает нам одни и те же истории». Стори замечает, что выражение «ужасно больной» может испугать брата, и предлагает заменить его на «вполне здоров». «Но ведь это откровенная ложь», — возмущается Мэри.

Если пьеса «Уоррены» оказалась довольно баналь­ной, то театр, в котором она шла, был просто рос­кошным. Обшитый листами кованого железа, театр Беласко находился в доме 111 по Западной 44-й улице. Внутри все было строго и элегантно. Кресла в зале (зри­тели платили по два доллара за место) были обиты дорогой золотисто-зеленой тканью с вышитыми на ней пчелами. Проходы и лестницы устилали ковры из зе­леного бархата. Зрители сидели под ярким куполом золотистого, розового и серого цветов. Сцену закрывал розовый бархатный занавес, а стены украшали го­белены с осенними пейзажами. Освещенный кристаль­ными лампами щит из красного дерева в фойе не пропускал в зал уличный шум. «Какой удивительный вид открывался со сцены в те дни! — вздыхала Мэри. — Женщины носили великолепные вечерние платья, а мужчины приходили в строгих костюмах, так что в полумраке сияли их белые рубашки и жилеты. Никог­да не забуду тот аромат духов, который достигал сце­ны. Мы все просто купались в нем!» Театры Бродвея заполняли, в основном, представители среднего класса. Они освистывали негодяев и подбадривали героев, точно так же, как и зрители в небольших городах. «Девушки утренних представлений», то есть молодые оди­нокие женщины, обожающие героев-любовников, громко болтали в антрактах. В целом, зрители находи­лись в прекрасном расположении духа, и их легко было развлечь.

 Предыдущая     Следующая 
Очарование вязаной кофты klubok.kg7.ru/1/2.

наверх